Сверххищники

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сверххищники » Ваши творчества » Остров Сервантеса 3 (перезаугрзка)


Остров Сервантеса 3 (перезаугрзка)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1

Кругом снег, вьюга, пугра... Лес дремучий, а в лесу - звери живут лютые: когтищи - во! Глазищи - во! И не бояться ничего!
Но вот, среди всего этого снежного леса, идет мужик. Идет, курит, и песенку поет. Во рту у него большая сигара. Рожа у него вечно желтая от толстого слоя сигаретного дыма, отложившегося на коже; зубы редкие, черно-желтые, щетина безобразная, глаза красные и руки здоровенные. У мужика был деревянный протез вместо дной из ног. Вот, он снял этот протез, открутил на дне крышку, и начал пить из него ром. Попил рома, и двинулся дальше.
Как вы уже догадались, это был Хатовский. И было это в России, в его рдном городе - Тамсхе. А шелХатовский - рыбачить.
Вот, он добрался до озера, вынул бур, пробурил лунку, и начал удить рыбу. Он поймал щуку, карася, плотву, налима, парочку сельдей, и, наконец, совсем-совсем крошечного осьминожка с забавными черными глазками. Хатовский всмотрелся в его глазки, и сказал:
- Оооо, вот, ты мне и пригодишься
- Я я же, что? - спросила жалобно щука
- Ты Емеле отдана. Не хочу с ним делиться!
Хатовский отпил еще рома, чтобы галлюцинация продолжилась. Однако, когда он поймал из лунки моржа, то понял, что это уже черезчур. Он окунулся в воду, обтерся шубу, и осмотрелся. Галлюцинацией оказалась и плотва и селедка и, естественно, морж. Но, как ни странно, осьминожек не исчез. Он извивался в его рыболовной корзине.
- Ладно - сказал Хатовский - приеду домой, покажу тебя кому-нибудь. Если тоже увидят, значит ты существуешь.
Еще издревеле чукчи придумали универсальную защиту от холода: грибы. И теперь Хатовский пристрастился примешивать их к рому, поэтому не совсем точно мог сказать - что является галлюцинацией, а что - нет.
Он собрал рыбу и осьминожка, вышел из лесу, сел на свою машину ("Москвич") и поехал домой. Благодаря советскости, москвичь развивал скорость до 500 км ч, и легко обгонял любые иномарки. А кроме того, за счет советского же духа, он мог бы врезаться в "джип" и разбить его в лепешку, а сам не пострадать.
Вот, Хатовский доехал до дома, поставил машину в не менее советский гараж, и зашел домой. Квартира его имела деревянную дверь. Но, советской конструкции (со времен делушки Ленина), а поэтому впитала столько духа, что ее труху невозможно было пробить и кувалдой.
Дома Хатовского встретила жена - Лилия Хатовская, и внуки.
- Фи - поморщила нос жена при виде рыбы - с этим уху не сваришь...
- А вот это? - Крок осторожно указал на осьминожка
- Ну, не знаю, что ты еще там за мелюзгу поймал...
- Так значит, ты его видишь?
- Алкаш беспросветный! Горе ты мое горе! Всю жизнь ты мне испортил своей пьянкой! Ромовая бочка, блядь! Паравоз куребный!
Лиля взяла скалу, и Крок проворно ускакал на деревяшке в свою комнату. Первым делом, он подошел к чучелу гребнистого крокодила, повешенного на стене, и помолился ему, воздав славу за его гребнистость, и выпив в честь этого сто грамм рома. 
Затем, при свете советских свечей (которые благодаря советскому духу никогда не кончаются), он принялся разглядывать осьминожка. Вначале, он выпил пару бутылок водки, чтобы снять действие рома и грибов. Это подействовало, но осьминожек не исчез.
- Хорошо, хорошо - сказал Хатовский - а вот если так...
Тут к нему постучались. Хатовский в ужасе сжался в комок.
- Входите - сказал он боязливо.
Но, вместо жены вошел внук - Сеня.
- Деда, а в каком возрасте лучше всего отрубать ногу? - спросил он
Хатовский потеребил бороду, и задумался.
- Да, это серьезный вопрос. Знаешь, походи еще на двух ногах... Хмм... А вот ром уже пора начинать пить!
- Да?
- Да, вот, выпей
Они начали пить ром. Хатовский напоил школьника до потери сознания и уложил прямо на пол, почесал лысину со словами:
- Ух и молодежь пошла, сколько с ними затрат...
И сплюнул на лежащего Сеню.
Затем, он налил литровый стакан рома, и смешал его с водой, и бросил туда осьминожка. Крохотное животное металось в спирте, било щупальцами по стеклу, но Хатовский плотно закрыл стакан ладонью, и взболтал смесь. Он перелил жидность с осьминожком в пустую бутыку из под водки, и на два дня забухал по - черному. Он просто лежал весь день, и пил. Ничего даже не ел.
Спустя два дня, он очнулся в своей комнате, и обнаружил, что Сеня спиздел у него деньги, и видимо, убежал с друзьями пить водку и курить. Это его обрадовало. Сосуд же, куда он поместил кальмара, полностью заполнен телом осьминога, который точно повторял его форму. Хатовский откупорил крышку, и осьминог выскочил, заматерился, и впился ему в руку щупальцами.
- Отличино, отлично - сказал Хатовский
Он приобрел большой рыбий аквариум, и наполнил его табачным дымом так, что снаружи он сталк азаться черным. В этот аквариум он запер осьминога на семь дней, н забывая каждый день туда накуривать дыма и ядовитых алкагольных паров.
Наконец, осьминог сам разбил аквариум. Он стал вдвое больше. Крок, не без удовлетвореня заметил, что осьминог походит на него и взглядом и осанкой и повадками. У него были такое же грусные красные глаза с прожилками. Осьминог сразу же кинулся к нему, выхватил сигару, и заговорил:
- Ты, что, охуел, в натуре?
- Молодец - улыбнулся Крок - отлично! Я назову тебя "Сьминох", и ты будешь пить и курить!
- О, вот это мне подходит! - Сьминох сплюнул
Крок улыбнулся. Он словно воспитал сына таким, каким хотел его видеть... Торжественно, они курили одну сигару дестячь минут. Но потом Крок достал для него другую.   

2

Некоторое время спустя. Сьминох существенно подрос, достигнув роста в полтора метра, при стойке на щупальцах. Он непрерывно курил, и часто пил. Жил он пока в доме Хатовского, но, хозяин уже мастрил для него отдельный просторный дом. Он повыпинывал всех жителей из соседнего здания, снес его, и на его месте замутил новый проект для Сьминога. Жителям он сказал, что если они вернуться, он поселиться в их доме и прокурит его насквозь. Все люди благоразумно ушли. И вот однажды, Хатовский пришел с пьянки, а Сьминох бросился ему в ноги
- Папа! Мне приснился страшный сон...
- Ну, что такое? Неужели ты хочешь бросить курить?! - Хатовский, хлопнув пару стаканов водки, нацелил на него АК 74, висевший на стене.
- Нет, что ты! Если я захочу бросить курить хоть на секунду, я тут же сам застрелюсь! Это ощущение, когда никотин впитывается в легкие... Оно несравнимо ни с чем
- Вот, вот - поддакивал Хатовский, снимая валенки, и отпивая ром - ну, а что случилось то?
- Я вот подумал... А что если, я - только твоя галлюцинация?
- О... па! - Хатовский задумался - действительно... Галлюцинация - это ведь производное паров сигарет, грибов, водки и рома, а значит, ты - галлюцинация!
- Да, выходит, что так, отец! - огромные красные глаза Сьминога наполнились слезами
- Ну, погодь, погодь... Значит, так... Если ты - галлюцинация, то тебя нет. А я - есть. Но ты мне кажешься. Правильно?
- Да
- Ну так вот. Бояться должен не ты, что ты - моя галлюцинация, а я, что ты моя галлюцинация. Ведь если тебя нет, то ты не можешь ничего бояться.
- Мдаааа... - задумался Сьминох - это надо обдумать... Значит, так. Предположим, что я - твоя галлюцинация. Тогда я не могу бояться, что меня не существует. Но ведь я - боюсь!
- Да. Но с другой стороны, что если я выдумал, что ты боишься?
- Постой, а что если ты - моя галюцинация?
- Ну, это уж слишком! Я то существую!
- Ну, вот и я существую!
- Так, откуда мен знать, существуешь ли ты, слизняк паршивый, или ты только глюк?!
- Ах, я - слизняк?!
Завазялась драка. На шум прибежал Сеня (Лили дома не было).  Мальчик открыл дверь. Во рту у него была сигарета. 
- Ч... Что происхожит? - он увидел, как Хатовский бореться со Сьминогом
Хатовский взял глобус, и начал бить им по голове Сьминога.
- А ты опиши, что ты видишь? - спросил он Сеню
- Блядь, я вижу, как ты бьешь глобусом по голове осьминога, который курит сигару!
- Хууууух - Хатовский отпустил Сьминога - все, мир. Мы - оба существуем
- Пацан, ты же видишь меня? - спросил Сьминог
- Д...Да...
- Ну, вот и замечательно, давайте все вместе выпьем
- Постойте - сказал Сеня - мне кажется, что ты - галлюцинация
- Что? - удивился Сьминог
- Нет, постой  встал Хатовский - допустим, он - моя галлюцинация. Но, галлюцинация не может быть общей. Я тоже вижу осьминога, который курит!
- Да? Хуууух, слова Богу, ну, хорошо, выпьем
И они нахрюкались ткак следует. На следующий день, училка пришла из школы, и начала говорить про то, что Сеня курит на уроке, и таскает водку. Хатовский сидел, и скатывал толстенные катышки грязи со своей немытой рожи. Грязь эта состояла из многомиллиметрового налета никотина. Скатав комок, Крок обычно отбрасывла его пальцем.
- А на уроке он пьет? - спросил Хатовский, выдохнув дым, и выбросив катышек с лица, размером в горошину.
- А? Нет, но, это возмутительно...
- Бхе... Да, возмутительно. Возмутительнее всего то, что он, видити ли, стесняется пить на уроке водку и ром, как какой - то, страшно подумать, атыкват! - покраснел и заорал Хатовский - а ты, Маша - Даша, или как там тебя зовут, съебывай отсюда. Да-да, съебывай. И тетради свои прихвати. Нахуй мне не нужны.
Учительница пошла к двери, а Хатовский смял ее тетради, и швырнул в нее. И захохотал.
- От. Вишь? - спросил он Сеню - вот так нужно! Выпьем!

0

2

3

- Гребаные ватники! Рабы Путина! Да славиться имя Парасенки! - орал в своей квартире Александр Пенько
К нему подошла жена - Ирина. Она его поцеловала, дала кусок сала, и просила:
- Что такое, Саша?
- Да, вот, почитай, что пишут эти ватники! - он показал на монитор компьютера
- Ну, какая тебе разница?
- Разница... Да, москали они... Вечные враги священной Украины! Слава Украине!
Вот, вбежал их ребенок десяти лет - Витя. В руках он держал какую-то бумажку.
- Что это? - раздраженно спросил Александр - Ира, возьми
- Да, дядя такой нарядный приходил, в почтовый ящик положил - сказал Витя.
Александр уже напрягся.
- Ах! - Ирина схватилась за сердце - это тебе...
Александр вскочил, и поддержал ее.
- Что мне?
- Повестка... Повестка на войну!
- О, нет! Нет, нет! Парасенко, греюаный... Россия! Россия - наше спасение! Летим, летим! У меня в России есть тырнет- друзья, они приютят. Ира, сбирай самые теплые вещи! В России всегда холодно! А я вывожу самолет из ангара.
Тут нужно отметить, что у Пня был свой личный самолетик, который он держал в гараже. Когда все собрались, он вывел его, и семья начала забираться в него. Но тут... Из-за угла показался монстр...
Всем известно, что Парасенко являет собой первобытного динозавра, захватившего власть, чтобы самому жиреть, толстеть, богатеть, и ничего не делать. Увидев самолет, он издал первобытный клич. И тот час же все динозавры с округи сбежались. Динозавры представляли собой гаишников. Ведь вам должно быть известно, что разжиревшие гаишники это и есть особая порода динозавров.
- Огонь! - сказал Парасенко
Ящеры начали стрелять по самолету, но Пень уже взлетел, и взвился высоко в небо, удирая от пуль.
- Хуууух - пронесло - сказал он - теперь главное пройти ПВО, и дальше уже до России рукой подать.
- Милый мой - Ирина положила голову ему на плечо - еще бы немного...
Они со всего разгону врезались в какое-то сверкающее облако, некоторое время двигались внутри него. Оно было плотным, как вата. Но затем снова вынырнули. Только на сей раз под ними простирался уже не город, а воды океана...
Много часов Пень летел, и летел. Топливо кончалось. Впереди виднелась земля. Точнее, льды.
- Блин - Пень упарся в штурвал и заплакал - компас показывает, что мы ходим по кругу... У нас топливо на исходе... Придется сесть здесь. Ира, иди в салон, одень детей.
К счастью, они взяли очень теплую одежду, так как давно планировали, в случае чего, бежать в Россию, а там ведь вечно снег и льды. Говорят, по городам ходят медведи, львы и гребнистые крокодилы.
Сам Пень тоже переоделся, временно отдав штурвал Ире, которая тоже могла водить самолет.
Вот, они сели на вполне удобной площадке. Люди вышли наружу. Кругом был старшный холод. Он ошущадлся даже в русских шубах, телогрейках, валенках и шапках-ушанках. Термометр показывал - 40.
- Ничего. От таких холодов русская одежда защищат - сказал Пень - на Вите шубка из русскго медведя, кстати...
- А что это за остров? - спросила Ирина
- Остров Сервантеса, как я читал по карте. Судя по всему, нам нужно найти этого Сервантеса. Он нам поможет выбраться отсюда. Остров значится, как частный... Что?
Пень увидел, как в чаще сосен что-то мелькнуло.
- Внимание! - раздался голос из лупора - вы окружены! Предлагаю вам сдаться...
- О, Боже! - Ира прижалась к плечу Пня
- Ну, сейчас я им покажу!
Пень прыгнул в самолет, и выпрыгнул уже с АК - 74. Детей и жену он спрятал в самолет, а сам, проявляя мужество, залег рядм с сугробом, и открыл стрельбу. Пень бегал от укрытия к укрытию, и стрелял. Ему отвечали. Он видел, что воюет с гаишниками. Жирные ящеры были одеты, конечно, в форму сотрудников ГИБДД. Неожиданно, сзади Пня раздался голос:
- Пень! Сдавайся!
Пришлось сложить оружие. Гаишники вывели жену и детей, наставили на них оружия, и окружили все вокруг. Людей они отвели пожальше от самолета. Один особо жирный гаишник подошел к Пню, и сказал:
- Сейчас ты будешь лицезреть своего властителя, владыку Вселенной - Великого Сервантеса!
И вот, толпа расступилась, и вынесли на особом троне разжиревшего Сервантеса два мощный гаишника. Трон покоился на особых носилках. Менты поставили трон, откинули расшитую золотом ткань, и на Пня уставилась огромная красная рожа еще одного гаишника. Он был самым жирным из всех, что Пень когда либо видел. Его подбородок свисал на грудь, а пузо свешивалось на ноги, и доходило до колен.
- Ну-ну... Значит, вот ты какой - сказал Сервантес - прыгал прыгал ты мой хохлик... От Парасенко, значит, сбежал? Хах! А ведь он мой брат. По крови владыческой. Что я, что он - динозавры! Ну да ладно. Сбежал от него - достался мне в рабы. Вот это - Врубиль - он указал тоненьким пальчком на мощного мента справа от себя - а это - Давиньчи - на другого - а я сам - Великий Сервантес.
- Я украинский гражданин! Я буду жаловаться!
- Ах, н украинский гражданин... Ну, чтож... Еще не поздно отправить тебя на Родину...
- Нет! - закричала Ирина
- Ах, нет? Вы наверное боитесь типа пух-пух - Сервантес подражал выстрелам - войнушки? Ну и ладно. Я не буду заставлять вас воевать. Я вот автомат у тебя отобрал? Отобрал. И больше не дам. А дам тебе в руки кайло, пилу, топор... Будешь строить здесь нам теплые жилища, помогать с грузами... Идет?
Пень поразмыслил. Сервантес ему не нравился, конечно. Перед женой было стыдно, но... Это было куда лучше чем идти на фронт!
- Хорошо - ответила Ирина за него - а что будет с детьми?
- Ну, чтож? - Сервантес потянулся за ларчиком с конфетами - мы, что, изверги что ли? Дети пусть пока учаться работать. Тебе тоже работу найдем.
Так, они попали в плен к Великому Сервантесу. Их повелик разбомбленному научно-исследовательскому комплексу, где проживал Сервантес со своей сивтой. Здесь все напоминало о бомбардировке. Но, многое было уже отстроено. У гаишников кипело строительство. Кругом были краны, рабочие бегали. Пень по речи понял, что многие из них - с Украины...
Пня устроили в большом подземном залле, там жили и многие другие рабочие. Жену и детей перевели в другие комнаты. Пню показали его нары, одели в робу с бубновым тузом на спине, отобрали его одежду, оставив только шапку-ушанку, и сразу же отправили на работу. Квалификацией строителя он не обладал, поэтому, ему досталась самая черновуха: таскать кирпичи, бегать туда-сюда. К счастью, он довольно быстро вспомнил, что умеет неплохо малярить, и это ему помогло. На стройке все расспрашивали Пня, он им рассказывал про себя, ему все говорили о себе. Люди оказались здесь по разным причинам. Кто-то также как он хотел сбежать в Россию, а попал сюда, другие специально сюда приехали, зная о том, что здесь происходит. Они считали, что работать за еду лучше, чем умирать на фронте. Ехали целыми семьями. Третьи клюнули на заманичвые предложения, и поехали по объявлению. Но не сразу поняли, что зарплаты нет. Вообще. Кормили их так, чтобы только не сдохли.
- Вообще - говорил один старик - кормят тех, кто лес валит. Ящеры любят жить в деревянных домах, а кроме того, нужна мебель и дрова для отопления. А чтобы лес валить нужна сила. Поэтому и кормят. Но работа адски тяжелая.
Впрочем, самому Пню казалось, что она и здесь адски тяжелая. До самого вечера он не присел. Вечером дали жидкую баланду, но Пень ее съел с радостью, и заснул. На следующее утро, он подошел к прорабу.
Прораб на стройке у динозавров - это не то, что у людей. Прорабом называется динозавр, как бы это сказать, смотрящий за определенной группой людей. То и есть это просто был надсмотрщик, как в фашистских лагерях. Пень подошел к разжиревшему гаишнику, и спросил:
- Ээээ, здравствуйте...
Мент, не меняя выражение рожи, выхватил дубинку, и ударил Пня по ребрам. Пень свалился с ног. Он зажал бок, и несколько секунд не мог даже вдохнуть. Мент же даже не смотрел в го сторону. К Пню подошел один рабочий.
- Ты, что, хлопец? Нельзя к ним так обращаться... Нельзя...
Несмотря на сломанное ребро, Пню пришлось продолжать работать в тот день. Ведь если кто-либо останавливался более чем на 10 секунд, и ящер это видел, он подходил, и бил его плеткой. Если не помогала плетка - брался за дубинку. Совсем ослабевших людей сбрасывали с высоких зданий, у всех на виду, чтобы экономить патроны и держать в страхе. Александр понял, как обращаться к динозаврам, и на следующий день, снова подошел к ящеру.
- Приветствую, о Великий! - поклонился он - да разжиреет брюхо твое, да отвиснет оно до земли, да поволочиться за тобой, словно груз долгожданный... Да зажиреют сосуды твои, да отложиться холестерин на них! Да ожиреет сердце твое! Да прекратит оно биться, не в силах справляться с жировыми тромбами! Да лопнет брюхо твое...
- Достаточно - сказал мент
Пень еще раз поклонился, и снова обратился.
- Разрешите ли мне перевестись на лесоразработки?
- Нет - коротко ответил гаишник, почесав третий подбородок
Пень откланялся, и ушел.
- Ну, ты пойми - говорили мужики - у них просто кадры есть. Как место освободиться, мы узнаем, и снова можешь просить. Но ты учти. Это реально трудно.
Как узнал Пень, это не только трудно, но и опасно. Здесь, в комплексе был лишь тяжелый труд. А там в лесу - еще и звери. Периодически, кто-то из "лесников" (так их здесь называли) гибнет, и его место освобождалось. Пню рассказывали о страшных чудовищах, которые стаями рыскают по острову. Да и сам он по ночам слышал чудовищное рычание и вой свирепых волков. Здесь их называли "воллены".
Что касается жены и детей, то, как скро выяснил Пень, с ними обращались преемлемо. У ментов нет привычки насиловать женщин потому, что их сексуальные птребности, как и у всех динозавров, привязанны строго к необходимости размножаться. Они не являются гиперсексуальными, как приматы. А кроме того, гаишники предпочитают своих самок - таких же как они жирных и динозавроподобных женщин. Пень сам видел их. Обликом они значительно отличались от Лилии, да и как он успел подметить, диносы возбуждаются не от облика, а от запаха. И их самки в период охотки сильно потеют и воняют. Это и привлекает самцов. Самки гаишников стоят по иерархии наравне с самцами, и как заметил Пень, они друг с другом не конфликтуют. Однако, занимаются надсмотром только самцы.
Прошла примерно неделя плена, как вдруг, однажды утром, их привычно разбудил ударами по стене дубинкой мент, и объявил:
- Таскать!
Это краткое слово всем что-то сказало, и Пень слился с толпой. Их выгнали за пределы комплекса, и повели куда-то. Как понял Александр по разговорам мужиков, им нужно перетаскать какой-то груз к комплексу.

4

Они двигались цепочкой по тропинке. Впереди и позади цепочки рабочих - гаишники с автоматами. Вид у ментов был еще более хмурым, чем обычно. Рабочие же волновались. Было понятно, что многие из них ходили таким образом уже много раз. Даже Александр сразу понял, что их ведут той же дорогой, откуда они шли с пляжа. Видимо, там приземлился какой-то самолет, и им требовалось его разгружать. А волнение рабочих и угрюмость ментов - от извечной опасности нападения из леса. Пень шел, и оглядывался. Их сопровождали диковинные птицы. Он видел что-то вроде зимородков, только с двумя рогами на голове. Но вскоре, они скрылись, а в небе начали летать грифы... Это насторожило рабочих. За грифами показались хищники посерьезнее. Начали мелькать спины волков меж деревьев. Раздались автоматные очереди. Пень думал, что волки уже напали. Но на самом деле, менты больше предупреждали жадных хищников.
- Алекс! - вдруг, раздался спереди крик рабочего
Пень увидел неожиданное движение какой-то черной массы впереди. Отряд остановился. Разладись выстрелы.
- Стоять! Стоять, твари! Шаг влево, шаг вправо - расстрел...
Но, голос заднего мента потонул в звуке чудовищного рева... Этот рев напоминал извращенное мяуканье. Он был скорее, резким и протяжным, чем басовым. Над толпой взвилась какая-то масса, Макс увидел гигантскую голову существа, которое ему показалось размером со слона. Эта черная кошачья голова была вооружена двумя словно бы бивнями. Желтые глаза сверкали непередаваемой яростью.
В ужасе, Макс побежал куда глаза глядят, забыв об охранниках. Он видел, как огромный черный зверь раздирает толпу людей. Зверь просто шел и своими слоновьими лапами уминал строй, давя рабочих, как виноград. Кровь брыхгала на снег, на деревья. Началась жуткая паника. Рабочие бежали и падали под пулями. Зверь ревел. Пень видел, как над толпой взвилось его тело и жуикм черным комком мышц и ярости обрушилось в конец толпы, похоронив под массов когтей и клыков нескольких рабочих и гаишника. Толпа рассеялась, и Пень бежал один из последних.
Он несся и несся, не чуя усталости. Он пробилался по завалам снега и бурелома. Он потерял шапку-ушанку, и очнулся только когда провалился по грудь в снег.
Пришлось выбираться. Пень осмотрел себя. Он не пострадал. Только сильно выбился из сил. Он огляделся. Кругом - елочный лес. Никого. Только он и его тропа. На елке сидела ворона.
"Что ж я сделал? - удмал он - ведь меня все равно найдут... Легко найдут по следам. Да и кругом остров. Куда бежать? В лесу вот говорят, хищники, да и сам видел вон какое чудовище... Подумать страшно. Как эта тварь называется? Сми... Смилодон. Вот. Только не думал, что они такие большие! ".
Поразмыслив, и понаблюдав за вороной, Пень решил возвращаться назад. Врзвращаься было куда труднее. Он потерял много сил. Пень и не думал, что он так далеко отбежал от тропы.
Но вот, снова замелтькали серые спины... Воллены! Звери очень быстро начали сужать круги. Пень увидел отвратительную рожу воллена. Эта тварь была похожа на волка, только значительно коренастее его и мощнее. Морда одного из волленов была залита кровью. Пень поспешил влезть на дерево. Но, твари кружили вокруг. Один, очевидно, вожак, подошел к дереву, и лег под ним. Другие тоже начали подтягиваться сюда. Звери были сыты, о очевидно, были не прочь полежать и здесь, а заодно постеречь добычу.
- Д... Динозавры! Ящеры Великие! Да отжиреет печень ваша! Придите на помощь рабу своему! - кричал Пень
Но, его никто не слышал. Лишь грифы и вороны начали летать над его головой... Было холодно. Особенно без шапки.
Пень просидел на дереве до вечера. К его удивлению, менты не нашли его. Он был уверен, что это будет легко сделать по следам.
Однако, ближе к 23:00, он внезапно услышал выстрелы. Огонек фонарика замелькал в темноте! Волки заогрызались, и завязалась потасовка. Далеко не сразу они убежали. Пень слышал во тьме визг раненых. Наконец, из тьмы выступил его спаситель. Пень понял, что это динозавр, слез, и кинулся в ноги.
- О, Великий! Да лопнет брюхо твое...
- Блядь, вставай!
Пень встал. Он вгляделся в лицо человека. Пепед ним был вовсе не гаишник. Это был довольно высокий и крепко сложенный индеец с автоматом, фонариком, и в робе.
Пень раньше видел его в бараке. Это был "лесник".
- От... - сглотнул он - откуда у тебя автомат?
- Алексу спасибо - индеец осмотрел затвор - то-то сегодня было работы у гаишников. Ты, это, молодец, спасся и от волков и от Алекса и от динозавров... Пойдешь со мной?
- А куда?
- Хах! Побег, еб твою мать
- Блядь, какой побег с острова? Ты рехнулся?
- Я все просчитал. Только ждал удобный случай. Как тебя зовут, кстати? Понятно. Меня - Жора Хонев - они пожали руки
- И что, ты хочешь бежать отсюда?
- Да, дело нехитрое. Сегодня ночью вот припорошит, и следы заметет. Главное ночь продержаться. Я могу найти места, гд мало снега. А там уж и искать перестанут.
- А дальше? Погибать в лесу?
- Погибать? Хах! Да, дали бы мне полсотни патронов, я бы отдыхал здесь и наслаждался охотой. Только здесь зверье такое, что достойно человека. Прямо как было во времена моих предков... Ладно, хватит романтики. Я мог бы вытесать лодку, и уплыть отсюда. Остров очень холодный, окружен теплыми водами. Течения тут есть мощнейшие. Я их знаю. Лодку понесет со страшной силой. Доберемся до материка за сутки. А там и власть Сервантеса кончается. Нет ее за пределами острова. Хотя здесь, да, он царь... Хммм... Ну, царь города... А царь лесов, это уже далеко не он...
- Я бы тож с тобой бежал! Но, у меня остались в городе жена и дети.
- Да? Плоховато получается. Но, вообще, их без тебя не расстреляют.
- Да?
- Да. да. Нет у динозавров такого обычая. А вот с тебя голову снимут, если только не явишся сегодня. Ну, ты сам знаешь.
- Блин, нехорошо получается...
- В общем, выбирай: со мной, или к гаишникам. Времени не так много. Засветло ты можешь и не успеть к ним добраться.
- Блин... Ты даешь гарантию, что жену и детей не убьют?
- Не убьют. А оказавшись на материке, мы можем связаться кое с кем.
- Тогда я с тобой
- Ну, вот и отлично

0

3

4

И они двинулись в путь. Впереди шел Жора, совещая все фонариком, прикрепленным на автомате. Иногда, они сылшали вой волков, или отдаленный рев какого-то зверя. Порой, волчьи спины мельткали в темноте между могучими стволами сосен. Иногда, луч фонаря выхватывал из ночной тьмы рожи невероятных зверей. Пень видел оскаленные морды волленов, которые тут же бросались бежать, странных шерстистых носорогов, которые застывали, ослепленные светом, а порой, и вовсе какое-то кошмарное подобие гигантской крысы. Все это очень напоминало Александру его детскую прогулку по музею, когда новые и новые отвратительные и чудовищные морды динозавров высосывались из-за каждого угал. Но, все это была резина, а тут - живые существа, которые тоже в недоумени морщились, и отступали перед светом. Пень понял, что почти всех животных резкая вспышка света останавливает. Они замирают, и только потом реагируют. Однажды, ослепленный вспышкой крупный шрстистый носорог постоял-постоял, а потом пошел в атаку! Пришлось спасаться от зверюги. Пень залез на дерево, и, когда носорог убежал, к нему присоединился Жора, который расказал следующее:
- Это шерстяк. Ты правильно сделал, что влез на дерево. Но еси рядом его не будет, знай другой способ защиты. Нужно подпустить его близко, а затем неожиданно отпрыгнуть в сторону. Шерстяк почти слеп, не найдет тебя. Да и вообще, он как локомотив. Разворачиваться не любит.
- Понятно... А... Это что?
Фнарь выхватил из тьмы какое-то чудвище. Пень видел куполообразный панцирь, состоящий из множества небольших элементов, некрупную голову, и бронированный хвост. Все чудовище было размером с небольшой грузовик.
- А - махнул рукой Жора - это так, черепашка. Безобидная тварь.
Они прошли метрах в пяти от "черепашки", а существо никак не отреагировало. Нескольк раз Пень видел лису, росомах, и других зверей. Многих он не мог опознать и даже описать, так как видел мельком.
В молодом ельнике они застали мощного Смилодона за добычей. Когда фонарь осветил его черную шкуру, сам Жора спохъватился и выругался:
- Блядь... Как же я не... заметил... Слы, Пень... Если что - на дерево... - говорил он шопотом
Смилодон был намного крупнее тех львов и тигров, что Пень видел в зоопарках, но, конечно, этой особи было далеко до Алекса. А кроме того, он вообще был похож не на льва, а на могучего медведя с широким телом и просто мощнейшими лапами. Зверь неохотно встал с добычи, и поморщился на свету. Пока он приглядывался, люди отступили по своим следам назад. Когда они отошли достаточно далеко, Жора сказал:
- Ножелев - это самый страх ночи. Нам очень повезло, что эта тварь сыта под завязку.
- А та тварь, что напала на отряд? Это другая порода?
- Скорее всего - та же самая. Только Алекс что-то вроде мутанта. Но, весной мы видели, как этот кот топтал Ножельвиц, и вообще, внешне он почти ничем не отличается от других Ножельвов. Только невъебенно здоровый и мощный. А вообще, Алекс не настолько уж страшен. Куда страшнее другиме Ножельвы. Вот, мы сейчас с тобой говорим, а я каждую секунду знаю, что могу повернуться, и не застать тебя рядом. Или в мою шею просто вопьються беззвучно клыки, и крикнуть не смогу.
Настроения это Пню не добавило. Он стал прислушиваться ко всем шорохам, всего бояться, и волей - неволей ощупывал свою шею, словно проверяя - не впились ли в нее еще клыки? Вот, они осветили какую-то шерстистую морду. Пень от неожиданности вскрикнул. Существо фуркнуло, и побрело прочь.
- Это шерстосвинка - сказал Жора - легкая добыча, ксати. Ну, что испугался? Вот, сам как освоишься, да проголодаешься будешь их чуть ли не руками душить!
Пень улыбнулся.
На открытом холме они увидели какие-то освещенные луной огромные живые валуны. Увидев закрученные бивни в темноте, Пень сам догадался, что это - мамонты. Звери не обратили внимания на людей. Путники шли дальше. Они вязли в снегу, но упорно продвигались вперед. Преодолели полосу молодого ельника, затем снова вошли в лес могучихх деревьев, затем пересекли череду холмов, и вышли к берегу озера. За озером возвышалась небольшая скала. Пень удивлялся тому, что озеро не замерзло.
- Там бьют теплые ключи - сказал Жора - мы близко к цели. Эти края заповедные. Гаишники сюда не ходят. Да и хищники - тоже.
- Почему? - спросил Пень
- А ты сам это пойдешь. Прислушайся к природе. Есть здесь что-то непонятное. Главное, вот что. У нас есть одна добрая традиция. Будь добр следовать ей. Я все скажу.
- "У нас"? Там кто-то еще?
- Конечно. Я разыскал всех, кого смог. Кроме того, в пещере давно живет один странный дед... Но, мы все его уважаем. Так что и ты будь добр.
- Хорошо, а как его зовут?
- Сурий Сытин. Но, у нас его зовут дедушка Сурий. Лучше и тебе так обращаться.
- Понятно
Они двигались дальше. Еще издали Пень различил в лунном свете огромную скалу. Она выдавалась на фоне снежный заносов и лесов остроконечным пиком. Высота ее была по крайней мере метров сто. Напоминала она большую пирамиду. Подходя к скале, Пень почувствовал страх. Словно прочитав его мысли, Жора сказал:
- Если боишься, это нормально. Сейчас подойдем.
Пень увидел в свете фонаря страшное... Гигантский череп глядел на него пустыми глазницами... Он видел огромнейшие клыки, гигантские челюсти... Внутренность черепа существа была начисло выедена, видимо, грифами и воронами. Череп напоминал обезьяний. Его размеры, потрясали воображение. Если по ним судить, то эта голова могла принадлежать только Кинг-Конгу!
Пень подумал, что дух этого существа вызвал в нем страх.
Жора остановился, и остановил Пня.
- Видишь холм? - он кивнул вперед
Прямо за черепом лежал большой продолговатый снежный нанос. Он напоминал какой-то земляной вал, занесенный снегом. Пень почему-то не хотел смотреть на холм: глаза щипало.
- Раз посмотрел и достаточно - сказал Жора - это табу, понимаешь? На эту штуку лучше не смотреть. А теперь, делай как я.
Жора присел на колени, и обратился к холму, опустив голову:
- О, Великий Царь горы, пропусти нас!
Пню пришлось повторить. Они встали, еще раз отклынялись, и пошли к горе. Весь этот ритуал, необычные ощущения, вид голого черепа, все это вселяло мистический ужас в душу Пня.
Они начали восхождение на гору. К счастью, тут была протоптана довольно отчетливая тропинка. На вершине горы Пень видел освещенное отверстие. Это была пещера.
Наконец, они оказались внутри.
- Отлично. Как дорога? - спросил один из рабочих Жору
- А мы уже начинали волноваться - сказал другой
Они зашли внутрь, и завесу из кож каких-то животных закрыли за ними. В пещере горел костер, люди сидели вдоль него, и жарили мясо. Пень уселся рядом с Жорой, и осмотрел людей. Не всех он знал. Но, только один не был рабочим из города. Александр догадался, что это и есть дедушка Сурий. Сурий сидел на почетном месте напротив костра. Он выглядел очень худым, и, как заметил Пень в свете костра, Сурий был словно бы убит горем. Один из глаз Сурия был завязан черной тканью. Мужики активно обсуждали сегодняшний очнь удачный день, ели жареное мясо и пили от души травяные настойки Сурия, очень напоминавшие чай. Сам же Сурий понуро сидел, и смотрел в костер. Хотя, он ни с кем не заговаривал, и с ним не заговаривали, старику все равно во всем оказывали почет. Оно было и неудивительно. Этот человек - их ключ к безбедной жизни. Если он сам давно устроился тут, то и им не составит труда прожить в этих местах пока Жора не соорудит лодку. Но, откуда взялся этот старик? Пень сам недоумевал. Он лишь механически отвечал на вопросы, заданные ему.
- А здорово нам сегодня Алекс помог, да? - спросил один мужик
- Да, хорошо вышло. А чего ж он напал? Стареет, видно, брат
- Ну уж... Стареет. Он просто принял цепочку за мамонта, вот и напал
Как понял Пень, гигантский Смилодон, которого здесь называли Алекс, хорошо им известен. Но, видимо, тварина обычно не нападала на людей, считая их слишком мелкой добычей. Чем-то вроде кузнечиков скорее всего.
Вдоволь наевшись и напившись после казенных харчей, мужики пошли спать. Пень тоже набил желудок как только мог, но, ему было любопытно узнать тайну старика. Все уже ушли, а тот продолжал сидеть у костра. Старик так ничего и не поел за все время, пока его видел Пень.
- Идем - взял его за руку Жора - дедушка Сурий хочет побыть один...
- Отчего ж один? - первый раз за все время открыл рот дед. Его голос был скрипучим, как старая. несмазанная дверь - вот, вы. молодой человек, как попали сюда?
Пень вкраце рассказал, опустив кое какие неудобные детали.
- Ясно - ясно - покачал седой головой дед - я ведь тоже там был...
- Как? - вырвалось у Пня
- Вот это - Сурий указал на черную повязку - у меня оттуда
Жора, в знак уважения, присел рядом. Скорее всего, он слышал про старика уже много раз. Но, все равно остался.
- Вы воевали на Украине? - спросил Пень
- На стороне повстанцев.
- Как же... Они берут...
- В свое время... Хммм... Да и сейчас... Я являюсь в этом плане исключением. Ты не смотри, что я там, седой, одноглазый. Я пришел в повстаньческую армию, меня протестировали, и признали годным... Хмм... Давай руку...
- Зачем?
- Давай
Старик растянулся животом на шкуре, и выставил руку. Пень занял ту же позицию. Они начали борьбу. Пень давил изо всех сил. Ему даже стало стыдно.
- Что? Все, что ли? - спросил старик - ну, ладно
И он легко, как нефиг делать, загнул его руку и прижал к шкуре.
- Точно также ты удивишься, если я буду бегать или стрелять из автомата - сказал старик - я воевал. Но был ранен, и сейчас... В общем, для фронта непригоден. А зачем я шел на войну? Да, в общем, как сказать... Нет правды на Земле. Нет в мире того, ради чего я мог бы жить... Я понял это, и решил, раз уж умирать, то умирать достойно. И людям помочь. И отправился на Украину. Я ведь россиянин. Но на фронте я был только ранен. Хотел застрелиться, не смог. Почему-то потянуло на этот остров. И именно в это место. Умру здесь.
- А разве не стоит жить... Ээээ... У вас есть жена, дети?
- Есть, но... Давайте не будем об этом. Когда ты говоришь об этом, у меня всегда ощущние, что я предал их. Но зачем им нужен скрипучий, вечно убитый печалью старик? Тем более, что я уже на пенсии был. Дети встали на ноги давно, и жену мою старую вполне обеспечат. Сейчас последние и лучшие годы моей жизни. Я наконец-то могу умереть. Меня ничто не держит на этом свете. Во всем мире отсутствует нечто, ради чего я мог бы жить... Я искал это нечто, но не нашел. Кажется, его просто нет.
Старик задумался. Наконец, он заговорил снова.
- И в связи с этим... В случае чего... Я взял слово с Георгия, которого пустил в свой дом... Что если я полезу у петлю, или наставлю себе пистолет в висок, не останавливайте меня. Это значит, что я решился наконец-то уйти из этого скучного мира, где нет чего-то такого... Большого... Черного...
Старик задучмиво смотрел в костер. Казалось, что он хотел кинуться в него и сгореть. Прошло около трех минут, и Жора дал знать, что это означает конец разговора.
Пень отправился вместе с ним в другое отделение пещеры. Потолки здесь были чрезвычайно высокие. В потемках они набрели на скопление шкур, и там устроились. Пень первый раз за неделю лег спать в относительном комфорте. Но перед сном, у него многократно прокручивался раговор со странным дедом... Это вытеснило даже овспоминания о необычных и страшных чудовищах в лесу.

0

4

5

На следующее утро, Пень проснулся по привычке в 6 утра. В это же время встали и остальные. Поразительно, но, всего за неделю плена рефлекс был так отработан, что Пень уже и не мог заснуть. Ибо у него в голове отложилось: не встал вовремя = получил пизды. Точно также (и даже еще в большей степени) и у остальных бывших рабов.
Пень вышел из спальной пещеры, и подошел к костру. Он все также горел. У костра по-прежнему сидел тот старик. Пень подошел ближе, и понял, что старик просто спит сидя. Однак, вскоре пробудился и он. Бывшие рабы сразу начали разогревать вчерашнюю пищу на костре, и завстракать.
- В пещере кончаются запасы пищи - говорил понуро старик - я проведу вас к известным мне подснедникам
- А не лучше ли поохотиться? - спросил Пень
- Нет. Дичи мало в этих местах. А как отойдете дальше - можете попасться патрулю.
- Точно - сказал один из сбежавших - нас будут активно искать еще день - два.
- Ну, вы идите за подснежником, а я для начала все таки поохочусь - сказал Жора - а потом, возмусь за лодку. Автомат мне не нужен.
- В пещере кто-нибудь должен поддерживать огонь - сказал Сурий - остальные должны идти за мясом.
Пень во время этого разговора первый раз как следует рассмотрел сбежавших. Их было шесть человек, не считая его самого. Из них он знал только Жору и Славу (Папрова). Папров пошел вместе с большинством, а один незнакомый Пню мужик остался поддерживать огонь.
Сурий шел впереди группы. Пень видел, что двигается он на удивление быстро и легко. Когда они проходили мимо огромного снегового вала, Сурий выполнил ритуал, и все за ним повторили.
Люди пошли той же дорогой, какой Пень и пришел сюда. Так что вскоре, они увидели озеро. От него шел высоко пар.
- Стойте - махнул рукой Сурий - здесь Трахозьяны!
- Трахозьяны! Трахозьяны! - раздались возгласы среди мужиков
Пень слегка выглянул из-за спин, и увидел у бегеров озера стоящих в воде крупных обезьян. Существа несколько секунд тоже недоумевали, но затем начали выскакивать из воды, и нападать. Сурий, имевший пистолет, сразу положил двоих, Слава, выбежав вперед с автоматом - прикончил еще одну. Остальные взбежали на гору, и оттуда начали галдеть. Пень увидел, что они стоят на двух ногах, и активно теребят члены. Вот, с десяток обезьян одновременно выстрелили в мужиков длинными струйками спермы. Отвратительная жидкость попала на лицо Пню. Мужики заматерились, начали отплевываться. Некоторые полезли в гору, но это привело только к тому, что те, кто отделялся от группы были буквально заплеваны спермой с ног до головы. Обезьяны галдели, издавали какое-то уханье, похожее на смех. Их становилось все больше и больше.
- Отступаем! Отступаем! - комановал Сурий - бесполезная трата патронов! Да. прекрати ты!
Его жилистая рука хлопнул по стволу автомата Славы, который косил ряды противника.
Пень видел, как обезьяны падали, истекая кровь, но все равно, даже лежа на скале пытались прицелиться из члена, и оплевать спермой людей.
Пришлось отступить. Несмотря на то, что все были оплеваны спермой, пришлось идти прочь. Люди не могли тратить патроны на каждую Трахозяьну, ведь им неведом страх. Единственная цель их жизни - выебать все живое и неживое. И за это они готовы умереть. Все матерились, всем было неприятно. Но, ничего не поделешь. Пришлось оттирать сперму руками.
Люди сошли с тропы, и начали елозить в снегу.
- Да, давно я сюда не ходил - говорил Сурий, пробивая путь
- Дедушка Сурий - сказал один мужик - разрешите я первый пойду
- Нет - ответил Сурий
Ему приходилось труднее всех, но, он упорно шел вперед, проваливаясь иногда по пояс в снег и матеря сам себя за то, что запустил эту тропу.
Они углубились в лес. Лес здесь состоял из огромных деревьев. Они были колоссальных размеров, и смотрелись просто великанами из другого мира. Высота некоторых достигала метров 60. Они были похожи на мамонтовые деревья, но, их сучья сильно отличались. Они росли гораздо ниже, и на них были странного вида плоды.
- Они съедобны? - спросил один мужик
- Да, но... Эээ - дед замялся - сильно повышают потенцию. Поверьте, даже я просто замучался, когда один раз попробовал. Поэтому их и едят Трахозьяны.
Многие засмеялись.
Наконец, дошли до подснежников. Подснежниками здесь называют трупы огромных динозавров, которые умерли в время нашествия льдов. Здесь лежали целых три мертвых тела. Причем, их шеи были уложены на один огромный сук дерева. Сурий сам не мог объяснить этого. Тела существ были просто гигантскими. Пень видел длинную шею одного, вытянутые челости другого, изогнутый завиток на голове третьего... Размеры и поза существ, все создавало ощущения чего-то нереального. Пню казалось, что могучие прошлые властители острова просто пришли сюда умереть... Снег и холод отлично сохранил их тела. А хищники очень редко наведывались в эти края. Лишь вороны и грифы до местами костей склевали то, что не было скрыто снегом. Люди раскопали часть тела гигантов, и начали орудовать ножами. Мерзлая шкура тварей плохо поддавалась им. Поэтому начинали с оголенных участков мяса. Сурий урководил разделкой.
Как только люди отчистили от снега часть трупов, грифы и вороны начали кружить над их головами. Нарезав достаточно мяса, и завернув его в шкуры, они как могли прикрыли оставшиеся сучьями, и пошли обратно.
Сдеали большой крюк, чтобы не застать Трахозьян. Вернулись в жилище. Жора уже был там. Он добыл несколько непонятных птиц, и Сурий подтвердил, что они съедобны.
Так потекла жизнь Пня в Долине Великанов (как назывлаи эти места). Он ходил со всеми на добычу подснедников, помогал делать огромную лодку для всех; учился готовить еду; и вообще постепенно привыкал к острову.
В результате постоянной войны с Трахозьянами, их удалось оттеснить дальше от территории людей. Особенно упорствовал в этом Жора. Тем временем, подснежники всем изрядно поднадоели, и люди, зная, что их больше не ищут, постепенно перешли на охоту. Они выходили их Долины Великанов, и охотились в других местах. В случае чего знали, что могут скрыться от зверей, которые не идут дальше определенной границы. В общем, старались набить как можно больше зайцев и куропаток, и идти снова в Долину Великанов. Несмотря на это, одного из них растерзали воллены. Второго - унес Смилодон. И все-таки охоты продолжались. Пень тоже отходил довольно далеко от безопасной долины. Постепенно, он освоился, и знал уже, что не нужно пугаться огромнейших верблюдов и оленей. Знал, как спасаться от волленов, и знал, что нужно быть постоянно начеку.
Однажды, он зашел особенно далеко. И вышел к очень странной открытой местности. Здесь все было занесено снегом. Но все равно читались общие контуры заброшенных и разбомбленных зданий. Здания были так завалены снегом, что Пень был просто уверен, что здесь никто не живет. Но еще удивительнее был огромнейший купол, заснеснный снего, стоявший рядом с руинами. Верхняя часть купола осыпалась, и местами обнажали сероватую чешую мертвого существа. Пень понял: это подснежник! Но, каких размеров! Должно быть, здесь не меньше тысячи тонн отборного мяса и сала!
Он уже видел такой узор чешуи и окрас у других подснежников, и знал, что они принадлежат гигантским длинношеим динозаврам, которые, ка ки все ящеры не смогли приспособиться к климатическим изменениям.
Пень подошел к мертвому телу, и разрушил снеговую пелену. Он обнажил участок бока, метра три длинной и шириной. Цешуя была столь прочна, что нож ее не брал. Пень долго ходил вокруг, да около, думая о том, как взяться за эту тушу. Наконец, он нашел вход в нее. Голова существа оказалась просто оторванной. А шея изнутри - словно бы выеденной. Пень раскопал часть шеи, и обнаружил в ней отверстие, достаточное, чтобы в него войти. Набравшись храбрости, он вошел внутрь тела мертвого Бронтозавра. Здесь приторно воняло кровью, как на бойне. Самое интересное, что запаха гнили не было и в помине, как и у многих подснежников. Видимо, это объясняется мгновенной аморозкой туши до абсолютного нуля. Пень включил фонарь...
Он видел кругом себя разорваные внутренности. Ошметки легких лежали кусками на ребрах и под ногами. Впереди - истрезанные хищниками сердце. И кругом - мясо, и колоссальыне кости. А кроме того - трупы стервтяников, ворон, лис и песцов. Как понял Пень, эти мелкие хищники проели в теле норы, и когда их занесло снегом, почему-то не смогли выкопаться. Отчего именно они погибли было неясно, ведь ямса кругом еще хватало. Его хватит и людям.
Пень вышел из этой мрачной локации, и направился осматривать руины. Он полазил по снедным заносам, осмотрел разбомбленные здания, погадал о причинах разрушений...
Этот остров так молод, а у него уже такая запутанная история... Кто-то бомбардировал его еще до заморозки... Здесь были динозавры, а потом откуда-то взялась мамонтовая фауна...
Пень открыл дверь в КПП. Блеснули клыки, взвилось в воздух серое тело... Пень моментально выпустил стрелу из арбалета. Но хищник все равно сшиб его, и, умирая, вырвал клок из его мамонтовой шубы...
Пень осмотрел тело. Это была самка воллена. Под столом в КПП остались два е волленка. Пень хотел убить и их... Но, рука не поднялась. Оставить тоже нельзя было - умрут и мучительно. Долго Пень думал, что делать...
На глаза му попалась пуговица. Он поднял ее - пуговица от красноармейской шинели! А это что? Книга... Пень открыл:
- Карл Маркс... "Капитал"! Ничего себе...
Он начал читать и заинтересовался. С собой в пещеру он взял двух волчат и ту книгу.Заодно принес сведения об огромном подснежнике.
Волчат сразу принял Жора. Он решил взять их с собой на материк. Книгой же, помимо Пня, заинтересовались все.
- Все верно - сказал Слава после чтения - капитализм уже исчрпал себя, это очевидно.
Помимо разведки территории и охоты, Пень проводил много времени и в беседах с Сурием.
- Ну, а что именно вы бы хотели? - все допытывался он
- Знаешь... Как сказать - говорил Сурий глубокой ночью, глядя в пламя костра - я разочаровался в мире потому, что кругом власть разума. Люди во всем круче всех остальных существ. Есть триумф Разума. Но нет некоего... Триумфа дикой, необузданной силы, которую никакой разум, никакая хитрость и техническая хуета повергнуть не могут...
- Ну, поверьте, мне бы такие мысли не пришли в голову, особенно здесь...
- Да, но это так. Некоторые животные выживают рядом с человеком. Но и те благодаря хитрости и скрытности. А хочется, чтобы была мощь, дикая, первобытная, которая была бы паритетна Разуму. Без этого я не вижу логики в этом мире. Все должно быть паритетно. Человек не может быть самым крутым во всем. Должен быть продукт грубой силы, который был бы несокрушим ничем.
- Ну, а в идеале, что это должно быть? - не понимал Пень
- В детстве и в молодости я часто смотрел первые фильмы о динозаврах, выполненные по технологии стоп моушен. И меня почему то впечатлил образ гигантского динозавра, сокрушающего вс на своем пути. В ранних фильмах был показан Годзилла, и Ти-Рекс, не отличающейся от него по мощи. В самой первой экранизации "Затерянного мира", Тираннозавр убил Аготума и Птерозавра, и эта сцена брутальной мощи впечатлила меня. Я хочу, чтобы существовал Тираннозавр не менее мощный, чем в первых фильмах о нем. В современных фильмах он показан соплей.
- Но, какой смысл в существовании такой твари? Разве вам мало Смитлодонов, бронтотериев и медведей?
- А - махнул рукой Сурий - я надеялся на этот остров. По слухам, здесь были Аллозавры и Тираннозавры, сокрушавшие все живое, как в тех фильмах. А на деле? Я прибыл сюда и не увидел ни одного динозавра...
- Подснежники это динозавры...
- Вот именно. И среди них - ни одного Ти-Рекса. Значит, и не было их на этом острове. И нет правды на Земле... Да и вообще в этом мире... Должно быть воплощение ярости, силы и смелости, которое было бы нескорушимо техническими соплями хитровыебанных обезьян!
Наконец, Пень узнал причину грусти старика. Но понятней от этого не стало. Причина в сущности была шизофренической. Но во всем остальном старик казался верхом мудрости и адекватности...

0

5

6

Шли дни, Пень матерел на диете из подснежников, оленей, кабанов, и выловленных рыб. Люди все больше осваивались, перенимая опыт Сурия, и нарабатывая свой. На самом деле, жизнь здесь была неплохой. Диета очень разнообразной; воздух чистый; физические упражнения и жизнь в небольшом тесном коллективе подходит этому виду обезьян (людям). Правда, не было женщин. Вот, с этим, собственно и была беда. Иначе бы вообще так и остались тут. Поэтому, то люди и строили лодку, чтобы съебаться с острова, вызвать помощь, и вызволить своих самок.
Строительство лодки продвигалось быстро. Недели через две она была закончена. Изначально, лодка планировалась на семь человек. Но теперь осталось только пять.
Выстрогали весла, запаслись продуктами (на всякий случай), шкурами. В дорогу Сурий торжественно вручил Жоре совй старый, запылившейся ППШ, найденный на острове.
- В нем советский дух, учти. Дарю тебе, как самому советскому человеку из вас!
Жора торжественно поднял ППШ, и осмотрел его. Пень к тому времени начитался уже Маркса, и ощущал, что и в него проникает советская идеология и дух. Но, они не настолько ярко в нем отражались. Скорее, ему очень нравились практические результаты политики социализма. Не то что капитализм, загнавший его на остров!
Оружия на всех не хватало, поэтому автомат дали Славе, а пистолет - Леше, ще одному мужику. Было решено взять оружие с тем, чтобы не быть застигнутыми врасплох в случае погони.
Наконец, все было готово. Лодку принесли в нужное место, там, где пар шел от самой воды. Здесь начиналось очень сильное течение. Люди сели на лодку, и отгребли от берега. Им вслед смотрел Сурий, и махал рукой.
Как только они уселись в лодку, ее сразу же быстро понесло. Это течение несколько раз грозило перевернуть их. Людям даже не приходилось грести. Главное - выровнять лодку, чтобы она не опрокинулась! Все внимание было поглощено этой задачей. Остров все отдалялся.
Течение бурлило, буквально, кипело. Повсюду - туман. Куда продвигались - было не видно. Мужики начинали паниковать, предлагать возвращаться.
- Течение не повернешь - сказал Пень, напуганно
- Все нормально - успокаивал Жора - это как раз нужное нам течение
Остров давно скрылся в пелене тумана. Люди научились поддерживать лодку на плаву, и теперь делали это ловчее. Прошло примерно пятнадцать спокойных минут. За это время, уже освоившиеся с веслами люди успокоились. Жора всем показал карты, направление компаса. Кроме того, было видно даже сквозь туман и положение Солнца. Было раннее утро. Все поняли, что эта неукротимая скорость несет их к материку...
Однако, только все успели успокоиться и сосредоточиться на управлении веслами, как неожиданно, появилась новая опасность. Быстро несущиеся лодка попала в стаю плывущих гигантских крабов. Твари были не меньше полутора метров в диаметре тела. А их ноги и клешни и вовсе огромные. Лодка вклинилась в стаю плывущих навстречу ей крабов, а твари своими клешнями тыкали в нее, пытались заползать, переворачивать. Люди пустили в ход весал, чтобы отталкивать крабов. Но, Они часто попадали им в клешни, и сразу же были буквально срезаны, словно ножницами. Вот, один краб положил свою клешню на лодочку. Он начал взбираться. Пришлось дать короткую очередь, и отрезать ему лапу. Ужасная клешня свалилась за борт вместе с ее обладателем.
Людям удалось с грехом пополам протолкаться через крабью стаю. Но, сразу же за ней показались огромные валуны над водой. Предметы быстро приближались, рассекая волны. По общим контурам, мжно было угадать, что это огромные твари. А какая сила нужна, чтобы двигаться против такого течения, можно только гадать!
Чудовищные создания окружили лодку. Их массивные тела под водой были просто колоссальны. Они выставили наружу только длинные гибкие шеи с небольшими головами. Шесть тварей окружило лодку, которая теперь казалась такой хрупкой и утлой...
Пень видел их темно-серые тела, словно отполированные морской водой до блеска. Он чувствовал рыбный запах изо рта существ. Твари потняулись к лодке, нагибаясь вниз.
- Нет, нет, нет... - говорил Жора - цельсь... Товсь... Огонь!
Он отдавал команды для Пня и Славы. Пень со слабой надежной нацелил свой пистолет в голову одной из тварей, и выстрелил. Им двигало только какое-то странное желание слушаться приказа. Сам бы он ни за что не выстрелил. Настолько очевидна была бесполезность стрельбы из пистолета в даннолм случае.
Тем не менее, вышло следующее: два ящера сразу же откинули шеи, и ушли под воду, сраженные автоматными очередями. Их головы буквально срезало, словно пилой. Кровь хлыстнула из шей так, что обдала всех людей. Тот, в которого стрелял Пень - замялся. Он не стал нагибаться и сам ушел в воду. Остальные - вслед за ним.
Ящеры появлялись несколько раз, и всякий раз им был оказан такой прием. В конце концов, они отстали, и направились опять за стаей крабов - против течения.
Они плыли дальше. Потратили на Плезиозавров несколько десятков патронов, облились кровью. Но, в общем, отбились, и настроение было хорошее. Как-никак - ехали домой считай что. Мужики начали вспоминать своих жен, и клясться их во что бы то ни стало выручить.
- Успокойтесь - говорил Жора - мы их выручим. У меня есть друг, он знает, что делать. Вот увидите.
Однако, неожиданно, настоение поменялось. Словно какая-то черная тень пролетела меж ними. Противных холодок страха и неуверенности поселился в сердцах людей. Мужики оглядывались, подмечали признаки страха друг у друга, но вслух об этом не говорили. До Жоры дошло в последнюю очередь. Пень посмотрел на свою руку - бледная, с "гусиной кожей", дрожала.
И тут - мощный толчок снизу! Лодку подбросило вверх. Раздался хруст, посыпались щепки. Пень сразу оказался в воде, несколько раз нырнул с головой, чуть не захлебнулся. Он видел, ка кдругие тоже боряться с течением... Его приблило к чему-то твердому...
Пень ощутил руками огромные остеодермы гигантского крокодила! Борясь с течением, он старался как можно дальше отплыть от него.
В панике, он не заметил, как попал в другое течение. Он видел, что все попали в ту же ловушку. Пень смотрел, как голова гигантского крокодилаподнимается из воды с лодкой, и мощным движением из стороны в сторону разрывает лодку, словно взрывом, в щепки! Пню показалось, что чудовище было не меньше 12 метров в длину.
Они избежали его зубов, но попали в сверхбыстрое течение, которое несло их строго назад. Люди не могли с ним бороться, и начинали тонуть. Только благодаря тому, что они поймали кое какие обломки лодки, им удалось держаться на поверхности в таком бурном течении. Но, их несло назад к острову. На протяжении всего пути им так и не удалось прорваться к нужному течению, наоборот, их заносило все дальше и дальше, и отводило по часовой стрелки от места старта лодок.

0

6

7

Борясь в воде с течением, многие люди скинули теплую меховую одежду. Однако, Жора и Пень, сняв шубы, втащили их на обломки лодки, и пытались спастись вместе с ними, зная, что их ждет впереди.
Примерно через полчаса, из тумана возник их обледенелый остров. Было неестественно плыть в теплой воде, и смотреть на ледяной мир впереди, зная, что придется окунуть в него.
Это удивительно, но, холодное дыхание острова не ощущалось до того момента, пока они не вышли на мель, и не смогли идти по дну своими ногами. Мощное течение огибало прибрежную зону, и поэтому вблизи бегеров было довольно спокойным. Жора матерился, говоря о нарушении всех законов физики на этом чертовом острове. Однако, в данном случае так было и лучше. Все по понятным причинам жаловались на отсутствие одежды.
- Ну, а я что могу сделать, блядь?! - ругался Жора - Пень вот, молодец, подумал заранее. А вы - русские, и не могли! Ээээ-эх. Стыдно. Хохол вас умнее!
- Попрошу без фашизма! - сказал Пень
- Да, нам-то с тобой не легче. Нужно высушить эту хрень, а где Солнце? Блядь... Еабый в рот. Все скатилось в ебучее дерьмо. Значит, так. Выбегаем, стелим на берег, и обратно.
Так и сделали. Пень с огромным услие вырвал намокшую шубу с длинным мехом из плена воды, выбежал на берег, тут же покрывшись коркой льда, расстелил ее, и на деревянных от холода ногах забежал обратно в воду. Стоило слегка отойти от острова, и холод уже становился терпимым. Более того, стоило погрузиться по плечи в воду, и он вообще не ощущался. Это было схоже с действием бассейной на открытом воздухе. Пень, кстати, куался в таких уже, когда отдыхал в санатории "Колос".
Он залез в воду, и несколько секунд испытывал ни с чем несравнимое блаженство оттаивания.
Все матерились на разные лады. Люди попали в ебучую ловушку. Словно первобытные лягушки, они не могли отойти далеко от воды, так как моментально замерзли бы.
- Минус тридцать - сказал один
- Блядь, ты не был там - Жора кивнул в сторону острова - минус сорок! Нам бы рацию, блядь, телефон, или что еще?
- Я думаю - сказал Леха - нужно подождать пока ваши шубы высохнут...
- Точнее, обледенеют - уточнил Жора - это самое солнечное место. Но и тут испариеним не пахнет! Если такую шубу потом и уебать о камни и размять, то на нас лед опять растает, воспаление легких как минимум! Нужно развести костер, и на нем обсушить ебучие шубы. Но я боюсь, что замерзну раньше!
- Ладно, я берусь - сказал Леха - я из Сибири как-никак!
- Хорошо. У тебя вон и теплозащитный слой сала!
- Обиделся, ничего делать не буду - пошутил Леха - спички-то есть у кого?
- У меня к счастью, сохранилась зажигалка. Она не промокла - ответил Жора
Леха как мог быстро выбежал на берег, и принялся в рекордно короткие сроки сооружать костер, втыкать в гравий палки, навешивать над костром шубы. Половину работы сделал - и обратно идет. Синий весь, на теле - тонкий слой льда. Еле языком шевелит. Сменил его Жора. Так постепенно, все-таки соорудили обогрев шуб. Было решено, что Пень и Жора, как единственные сохранившие верхнюю одежду, сами обсушаться, и пойдут в Долину Великанов, за шкурами.
Однако, вскоре, начлаи появляться затруднения. Мамонтовая шкура, обсыхающая на огне почему-то начала привлекать волленов. Их собиралось все больше и больше. Имеющие оружие скупо расходовали патроны, чтобы их отогнать. Жора и Слава стреляли в них из своих атвоматов. Благодаря советскому духу, патроны в АК и ППШ разумеется, никогда не намокают. А вот пистолеты Глок не могли этим похвастаться. Поэтому все стали непригодны. Несколько волков, подошедших слишком близко к шкурам, были убиты. Другие оставались сидеть рядом, смотрели на людей, рычали на них, гавкали.
- Блядь, тупые, как динозавры - злился Леха - теперь я точно уверен, что это не волки
Неожиданно, волки повернулись в сторону леса, принюхались, и разбежались кто-куда.
- Это еще к чему бы? - недобро спросил Жора
Из лесу появилась громадная туша. Продираясь сквозь кустарник, на берег вышел колоссальных размеров медведь. У него была здоровенная короткомордая (как у бульдога), башка, очень длинные передние лапы и могучие плечи, корпус. Зад несколько скошен. Когти, длиной сантиметров тридцать, клацали по гальке. Ростом в плечах этот зверь был метра три, а весом - наверное около 3 тонн. Весь этот слон был покрыт исполосованной шрамами шкурой, и шел, опустив голову, на шкуру с танковой решимостью.
- Ебать, какая громадина! - сказал кто-то
- Ебатый в рот, стрелять нелья! - сказал Жора - блядь...
Медведь конечно, мог бы легко подойти к людям в воде, и растерзать их. А убить его даже из обоих атвоматов сразу было, мягко говоря, затруднительно. И было очевидно, что он собирается жевать шубы...
Зверь подошел к костру, и остановился. Он принюхался, огляделся. Людей явно увидел, но не заинтересовался какими-то головами над водой. Его останавливал огонь рядом с добычей. Люди тоже не знали, что делать. Зверь протянул свою огромную лапу, и свалил обе шубы в костер. Все мужики выругались. Шубы прихлопнули огонь, раздули многочисленные искры. Мевдедь шугнулся, чихнул. И тут - послышался топот. Медведь повернул голову в ту сторону, откуда он доносился. Он перестал интересоваться шубами, которые лежали на тлеющих углях.
Ломались сучья, трещали деревья. Слышался отчаянный рев трубящих мамонтов... И вот, целое стадо этих гигантов вырвалось из леса, сокрушая все на своем пути. Медведь, увидев стадо, отбежал в сторону, а потом и вовсе удалился в лес. Он был меньше каждого мамонта в стаде, а среди них был и вовсе огромный вожак, весом тонн 10. Мамонты же явно паниковали. Они столпились на берегу, затоптав шубы, обожгли ноги о костер, и ринулись бежать вдоль берега.
- Что их могло вспугнуть? - спросил Пень
- А, хуй их знает - сплюнул Жора - надо посмотреть шубы...
Как ни странно, прибывание на горящих угольях быстро высушило одежду, и существенного вреда ей не нанесло. В некоторых местах, правда, она прогорела насквозь. Пришлось опять сооружать костер, чтобы самим обограться, и обсушить ту одежду, что была с собой.
Через некоторое время, Жора и Пень уже сидели у костра. Хотелось как можно ближе подвинуться к пламени, ибо стоило хоть чуть отойти, как сразу руку, или спину начал сковывать лютый мороз. Жора закурил.
- Главное - говорил он - чтобы гаишники нам не попались по пути. Надо взять с собой оружие.
- А как же они? - Пень показал на оставшихся в воде
- Они не так нуждаются. Мало кто из хищников воспримет их как добычу, а гаишники... Больше шансов на них нарваться у нас.
- По моему все так нужно им оставить автомат
- Думаешь? Ну, хорошо. Пускай калаш остается у Славы. А твой пистолет?
- Нерабочий
- Возьми на всякий случай
- Ладно
Обсухнув, люди оделись. Было приятно ощущать тепло от костра на своих плечах. Они взяли с собой только ППШ и нерабочий глок, и, заверив оставшихся в удаче, пошли сквозь лес. К счастью, снега здесь было немного. Люди старались уйти как можно дальше от следов медведя, чтобы не нарваться на него. Они дердали путь в Долину Великанов. Их путь пролегал через малоснежную, но, очень неудобную холмистостью местность. Повсюду - неглубокие и глубокие овраги и холмы. И везде - довльно густой кустарник. Продираться сквозь него беззвучно было невозможно. Неожиданно, Жора остановил Пня.
- Стой - сказал он - здесь патруль...
Пень долго взгядывался в заросли, и увидел цепочку гаишников. Они шли, ни о чем не переговариваясь, и не замечали людей.
- Не стоит обнаруживать себя - сказал Жора
Ментов пропустили. Пошли дальше. Ближе к полудню, люди вышли на открытое пространство. Здесь кругом было глубокоснежье. Сразу же, они увидели одинокую фигуру какого-то гиганта, рвущегося сквозь снег. Существо было метрах в четырехсот от людей. Оно пересекало эту долину. Тварь представляла собой мамонта, но, прямо-таки фантастических размеров.
Жора взял бинокль.
- Черт... Это же папонт...
- А это что?
- На, смотри
Пень взял бинокль, и увидел этого зверя вблизи. Гигантский мамонт имел короткие, прямые, саблеобразные бивни, супскающиеся вниз; короткий солстый и очень мощный хобот, колоссальные размеры - в высоту около 6 метров; и необычайно свирепый вид. Тварь неслась сквозь долину в лес. Она подняла хобот, затрубила так, что у Пня уши заложило, и тут, из хобота вырвалось какое-то подобие снаряда. Светящейся кристал взмыл в воздух очень высоко. Он упал на снег только тогда, когда сам папонт уже был рядом с лесом. Крисал взорвался, хлопнув приглушенно, и разбросав снег с такой силой, что долетело и до людей. На месте образовалось подобие воронки. Дойдя до леса, папонт с остервенелой яростью ворвался в него, и со всего размаху врезался любом в огромное, высоченное дерево, наподобие секвойи. Он затрубил яростно, и ударился еще раз. А потом еще и еще. Люди начали обходить долину по кромке леса так, чтобы не привлечь внимание зверя. Но, он и без того был поглощен только одним занятием. Оно казалось бесполезным, ибо на фоне дерева даже этот гигант из гигантов казался жалким карликом. Ярость и упорство папонта насмешили Пня.
- Все папонты так себя ведут - сказал Жора, муяаясь в снегу - это нормально для них
- А до каких пор он будеть биться?
- Либо свалит дерево, либо умрет сам, разбив голову в лохмотья
Труден был этот обходной маневр. Но, когда папонт остался уже позади, Пень оглянулся, и увидел, что тот по прежнему биьет в дерево. Правда, дерево прилично раскачалось, и начинало даже трещать! Сила папонта, кажется, была несоизмеримо больше, чем его размеры. Но, его голова стало красной. Пень разглядел в бинокль, что струи кровь льются с нее на снег...
- Папонт гоняется за мамонтами - разъяснил Жора - а настигнув, убивает и насилует их. Иногда ест. Иногда, сначала изнасилует а потом ест, иногда - наоборот.
- Но, какая во всем этом логика?
- Никакой. Папонт просто постоянно в состоянии какого-то буйства. Он не контролирует своих действий почти.
Они вошли в лесок, состоящий из молодых осин, и скоро вышли к раскуреченному месту какой-то колоссальной битвы. Кругом была кровь и ошметки шкур. А также - прямо целые куски мяса. В центре этого побоища лежал разорванный пополам гигантский ленивец, размером со слона. По следам, Жора определил, что это была битва папонта и этого ленивца.
- Разъяренного папонта ничто не остановит - сказал Жора - это не есть хорошо, что он появился в наших краях
Наконец, они добрались до Долины Великанов. В пещере они застали Сурия, и поведали ему все. Старик покачал головой, поматрился, и пустился вместе с ними в обратный путь. С собой они, естественно, взяли одежду на всех.
- Папонт в наших краях? Ах, ехорошо... Нехорошо... - качал головой старик
Они шли, обвязыв одежду сзади себя веревками из шкур. Было довольно тяжело. Тем не менее, путь пролегал по уже пробитым следам.
Было примерно два часа дня, когда путники вышли к молодому осиннику со следами битвы. На трупе ленивца пировали множество ворон и грифов. Рядом были также следы волленов.
- И почему это они оставили добычу? - спросил вслух старик
Но тут раздался громовой рык. Огромная туша вырвалась из осинника, сокрушая деревца на пути. Люди, не чуя веса груза, пустились в бегство. Пень влез на самую большу осину, которую успел заметить. Он краем глаза видел, что и Жора и Сурий проделали тоже самое. Они заняли три растущих рядом осины.
Медведь подошел к трупу ленивца, обнюхул его, помотал башкой, встал на две лапы, возвысившись до уровня второго этажа, и зарычал еще раз. Пень взобрался к самой вершине. Медведь двинулся к его древу. Он подошел вплотную, и начал толкать плечом. Затем встал на две лапы, положил передние на ствол осины, и с треском обрушил ее. Раздалась очередь из ППШ. Пень упал. Его ударил сук осины, дерево чуть не подмяло под себя. Он встал, и видел, как медведь валит осину, на которой сидел Жора.
- Нет! - закричал он
Но, дерево упало, и зверь тут же зарылся своей мордой меж его ветвей, отсыкивая автоматчика.
Но тут другой гигантский зверь появился рядом. От неожиданности, Пень упал. Он видел, что громадный Смилодон Алекс как-то внезапно очутился рядом, и, припав к земле, подбирается к медведю сзади. Он казался чуть меньше своего противника. Еще мгновение, и кошка взвилась в воздух, и прыгнул медведю на спину. Звери сцепились в беспощадной драке. Пень отбежал подальше. Вскоре к нему присоелинились и Жора и Сурий. Уходя из осинника, они слышали хруст сминаемых деревьев, резкийрев Смиодона и громовой рык медведя. Звери сплетались и буквально катались по лесу.
- Он помог мне втрой раз уже - заключил Жора - надо будет подстрелить для Алекса мамонта... Хммм.. А то и папонта.
- Как ты папонта пристрелишь? - спросил Пень
- Приеду на танке и пристрелю
Часам к четырем, все трое вышли к берегу. Люди вырвались с треском из лесного кустарника, и увидели, что ожидавшие их товарищи тоже развели костры и греются возле них. Но, в их взглядах не было радости. Один из них вскочил, и закричал:
- Стойте! Это ловушка!
И тут же очередь прорбила его грудь. Человек свалился прямо в костер...

0

7

8     

Все вокруг наклылось сплошным градом огня... Галька взрывлась, пули разбивали ее, рикошетили. Пули вонзали в деревья и вырывали из них щепки... Люди падали, окровавленные на гальку, в костер. Бежать назад было нельзя - оттуда и напилали гаишники. Кажется, их цлью было тупое уничтожение людей, а не захват в плен. Они подождали их только затем, чтобы накрыть всех сразу... У оставшихся на берегу не было оружия. Видимо, динозавры напади внезапно, и отобрали его. В первые секунды, Пню казалось, что пули уже настигли всех сидевших у костров, и каким-то чудом не сокнулись их троих. Однако, это объяснялось очень густым кустарником в кромки леса. Гаишники напирая сзади, хотели оттеснить троих людей к воде. Но, Жора бытсро сообразил, что это место было у них под прицелом.
- За мной! - сокмандовал он
Жора стал негласным лидером, и повел свой небольшой отряд вдоль кустарника. Продираясь, люди оцарапывали лица до крови. Навстречу им попался отряд динозавров.
- Лечь! - скомандовал Жора
Началась перестрелка. Это была битва десятков АК с одним ППШ. Битва десятков динозавров с одним стрелком. Люди сбросили с себя груз в виде шкур. Сурий взял в зубы нож, и сказал:
- Я зайду сзади
Жора кивнул. Пню не оставлось ничего, кроме ка кпринять пистолет от Сурия, и помогать Жоре. Врага он больше отвлекал, чем наносил урон.
- Отходим! - сказал Жора
Они отошли с позиции в небольшой овраг. Залегли у него кромки, и начали оттуда стрелять врага, который рассредоточился по кустарниковым зарослям. Пню надоело брехать попусту, и он хотел подбить хоть одного гаишника. Но Жора кратко скомандовал:
- Не высовывайся!
Они вели окопную войну, выгрлывая иногда из-за ворага, и нанося ущебр врагу. Насколько мог понять Пень по крикам, Жора часто попадал в гаишников. Их положение казалось совсем безрадостным, когда, вдруг, послышался голос Сурия:
- Жора! Прикрой!
Жора мигом нацеил туда автомат, и образовал корридор для бегущих. Скоро, в овраге оказались Сурий и Слава. Оба были вооружены автоматами Калашникова.
- Ну, теперь живем - сказал Жора
- Раздобыли с помощью ножа - ответил Сурий - но, бесполезно: сюда стягивается их техника
- Блядь - ответил Жора
- Да, миниметы подкатили
Бой продолжался. Динозавры не рисковали идти напролом, а только иногда прощупывали врага, чтобы он не расслаблялся. Пня слегка ранило в руку. Вот, в овраг упала первая граната. Раздался взрыв. Снег, деревца разбросало кругом. Пень закрыл уши - из них потекла кровь...
Полетела вторая граната и третья... Взрывы наполняли овраг. Лишь иногда миниметы промахивались. Пень слышал даже команды их лейтенантов:
- За мировую буржуазию; за Макдональдсы, за пироженое и морожение; по мировому прогрессу и коммунизму, огонь!
И перед тем, как слышался звук минометов он успевал уловить и яростное рычание динозавров. Ящеры та козверели от своей пироженной идеологии, что скоро полезли напролом. Меткая очередь из ППШ скосила одного мерзкого буржуя. Его жирные кишки вывалились из толстого брюха, и он скатился в овраг, умирая. Сурий яростно добил его ножом, проткнув его безмозглую башку. Динозавры поняли, что люди еще оглызаются, и усилили минометный огонь. Скоро в овраге уже не оставлаоьс мест, куда бы не попадали мины. А люди каким-то чудом маневрировали, и оставались живы. Правда, всех слегка ранило. Но отчасти их защищала и мамонтовая шкура.
Раздялся звук вертолета... Над ворагом навис военный вертолет... По земле забарабанили пули из пулеметов, полетели ракеты... Кругом - взрывы, плямя. Срели всего этого, Пень потерял сознание.
Очнулся он от того, что Сурий бил его по щекам. О враге горел вертолет... Гаишники продолжали стрелять, но, кажется, в другом направлении... Все это блыо странно. Окровавленные люди заняли позицию в грубине оврага, и слышали крики гаишников, которых разил непонятный новый враг.
- Опять нас кто-то выручает... - сказал Пень
- Видимо, да - ответил Сурий
Получив передышку, люди начали обрабатывать раны. Пню крепко затянули на ноге тряпку, останавливая кровь. У Жоры была порвана барабанная перепонка, и тоже ранены руки и ноги. Люди успели перевязаться, как вдруг, стрельба мало-помалу сама затихла. ни взяли оружие, и взошли к стенкам оврага. Все это было странно, надо было проверить, в чем дело. Пень лежал рядом с Жорой, и они вместе осматривали то, что могли видеть. Кругом валялись мертвые гаишники с оружием. Горело несколько БТР в лесу. Но в остальном - тишина... И вдруг, среди всего общего спокойствия, Пень уловил какое-то бурчание, напоминающее песенку под нос:
Прум-пуру-рум-пур-рум-пум-пум; Прум-пуру-рум-пур-рум-пум-пум
И - звуки спаог! Среди кустарника пролетал брошенный кем-то нож... Он на ходу изменял треакторию, и углубился в кустарник.
- О-па! - сказал чей то голос
Затем, раздался звук сплевывания
- Ну, где вы тут, ебаный в рот? Пееееень, отзовись! Блядь...
- Тебя зовут - удивленно сказал Жора
- Слышал
Тут они увидели нечто странное. Среди кустарника шаталось непонятное существо, и видимо, разыскивало их, заглядывая в каждый овраг. Пень сразу же взял его на прицел пистолета. Это явно был не человек, а монстр.
Он представлял собой осьминога, ходящего на двух щупальцах, ростом с человека. Осьминог курил большую сигару, пел песенку себе в нос. Его ходильные щупальца были одеты в старинные ботфорты, в других щупальцах он держал РПГ, АК 74, снайперскую винтовку, и нож. Глаза расплагались на туловище красного цвета. В клюве (рот у осинога) - сигара, как уже говоилось, а на голове - пираткая шляпа. Вот, осьминог сплюнул, и снова позвал Пня.
Люди не знали, что делать. Сам Сурий не опознал монстра. Они видели, как осьминог остановился у одного оврага, отпил ром, спрятал его в гоубины своей мантии, и пошел дальше.
- Ааа, вот вы где! - сказал он, нежиданно увидев Пня
- Брость оружие! - сказал Жора, нацелив ППШ
Осьминог взорвался смехом. Он упал на снег, и начал кататься по земле, заливаясь хохотом:
- Ахххх аха-ха-ха-ха-ха-ха, я должен бросить оружие! Ухххххх-ху-ху-ху-ху! Ооо, блядь
Он поднялся, и отпил ром. Люди не стреляли, видя лежаще животное, так как не были уверены, что это враг, а не товарищ.
- Слушай, кто ты? - Жора решительно хотел прояснить ситуацию
- Да, блядь, я послан Хатовским, чтобы выручить его тырнет-товарищей. Он заметил, что их давно нет в онлайне!
- Хатовский! - вырвалось у Жоры
- Он самый. Ну так, что, я иду к вам? У вас в овраге наверное тепло и хорошо, раз вы там сидите и не хотите вылезать... Аххх-ха-ха-ха-ха-ха
Осьминог снова упал и рассмеялся.
- Он похож на Хатовского - отметил Жора
- Да - сказал Пень
- Точно - ответил и Слава
- Да, кто этот Хатовский? - спросил Сурий
- Знаем по тырнету - махнул рукой Жора - ладно, выходим
Они вышли навстречу осьминогу, и представились ему, пожимая его щупальца.
- Сьминох - представлялся каждому осьминог, и комично кланялся, всякий раз роняя пиратскую шляпу - выпьем? За встречу?
- Нет, ты лучше расскажи, как ты нас нашел
- Да, это не я вас нашел, а папа мой - Крок Хатовский за вами послал. Я тут ксатти, оружия подкатил.
Они подходили к берегу.
- Тут ваших положило? Сочувствую. Особенно сочувствую, если вы не откажитесь выпить за них... - недолго думая, Сьминох вынул фляжку с ромом и присосался к ней, не вынимая сигары из клюва
Никто не решался его перрывать. Но, он пил уже две минуты, три минуты... Наконец, он упал, и облился ромом.
- Ахххх, хорошо, хорошо-то как! - вскочил Сьминох, отираясь - будете?
- Давай - махнул рукой Жора
Люди культурно отпили понемногу, поминая умерших. Сьминох же в это время бубнил что-то себе под нос. Пень рассылашал, что он говорит о том, как было бы хорошо совсем спиться или скуриться.
- Это моя мечта - заверил он - а теперь я!
Сьминох нетерпеливо отобрал ром, и залил себе в клюв, как показалось, целую бочку. Люди не верили своим глазам: откуда в небольшой фляжке могло взяться такое количество рома??? Осьминог сначала порозовел, потом почернел, посинел, затем выпил еще пару бочек, упал, и как показалось людям, умер.
- Блядь, не вовремя - сказал Пень
Но, Сьминох вскочил, и тут же нашел повод выпить: за свое воскрешение. Наконец, напившись, он дорассказал подробности:
- Крок заметил, что его друзей давно нет в онлайне, провел расследование и выяснил, что Пень сбежал куда-то от Парасенко, и что его поглотило облако. Он сделал вывод, что вы все - здесь и послал меня.
- А как ты приехал?
- На подводной лодке
Сьминох навел пульт на коеан, нажал на кнопку, и оттуда прямо на берег выползла небольшая подводная лодка.
- Там есть лекарства? - спросил Жора
- Конечно - ответил Сьминох, сплюнув
Люди зашли в лодку через люк. Здесь повсюду были ящики с оружием и боеприпасами. Нашли и аптечки. Обработали раны.
- Наши жены и дети по прежнему у гаишников - сказал Жора - их нужно выручить
- Ах, да, конечно - ответил Сьминох
Он активировал коммуникатор на одной из щупалец, и начал связываться с Хатовским.
- Он пришлет морской десант - заверил Сьминох после разговора
Сьминогу поручили отвезти тела погибших на их Родину. Сами же выжившие, набрав оружия и всего необходимого, отошли к Долине Великанов, и заняли там надежную позицию, на случай возможной атаки. Хотя Сурий и заверял, что гаишники ни за что сюда не сунуться. Там, они дожидались обещанного десанта Крока. 

9

Следующий день прошел в ожидании. Наконец, с утра по коммуникатору, сам Крок доложил  начале операции "Океан рома" в 7:00, и назначл время и место встречи.
Четверо вооруженных до зубов людей, включая Сурия, вышели к намеченному месу у берега. Они увидели стоящий недалеко от берега пиратский корабль. Он выглядел в точности, как древние пиратские корабли, и даже с большого расстояния было видно, что он порос ракушками, водорослями, и прогнил насквозь. На его борту было множество старинных пушек. Флаг - черный. Но вместо "Веселого Рождера" - белое изображение крокодила на черном фоне. Нос корабля тоже был вырезан под форму головы крокодила, и это, кажется, единственная деталь судна, за которой был некоторый уход.
Команда стояла на берегу, встав в шеренгу напротив Крока Хатовского. Это были пираты. Многие было одноногими и отнорукими или одноглазыми, или одноухими. Все - небритые и пьяные. У всех - разнообразное холодное оружие. А также - старинные мушкеты и пистоли. Одеты питары были в шубы и валенки, что не очень им шло.
- Блядь - удивился Жора - я думал там настоящий десант...
Они встали рядом с пиратами.
- Таким образом - говорил Крок - сам Великий Грипень - он указал на корабль, и произнес это торжественным тоном - благоволит нас на эту битву. Вы все видели крокодила по пути сюда. А трое из этих людей - крокофаны! Итак, за Великого Грипня, за мировое крокофанство, и за ром, за сигареты! Вперед!
- Йо-хо! - поддержали пираты
Несмотря на явные сомнения в боеспоосбности старинных полузаржавевших пищалей, Жора и его команда отправились вместе с пиратами. Ведь с ними был и Сьминох, а он уж знал, ка кобращаться с нормальным оружием, и взял с собой и РПГ и несколько ППШ и АК. Все щупальца оружием набил.
- Заходи сзади - сказал Крок Сьминоху
Сьминох отошел от отряда, стукнул ботфорты друг о друга, от сапог разлетелось пламя, и они, слонво два реактивных двигателя понесли осьминога в небо. Существо помахало щупальцей с автоматом, и скрылось.
Крок повел свое войско прямо к воротам научно-исследовательского комплекса, где битали менты. Они вышли на главную дорогу, по которйо доставлялись грузы, и двигались по ней. Встретился отряд гаишников. Завязалась перестрелка. К удивлению Жоры и всех остальных, оружие пиратов имело ряд преимуществ. Оно заряжалось долго. Но, одна выпущенная пуля поражала не одного врага. Пуля летала и разила врагов снова и снова, сама прицеливаясь. И завершала свой путь только когда была совсем изорвана в клочья. Кроме того, ножи пиратов обладали таким же свойством. Стоило пирату бросить нож, как он сам находил цель, и разил ее. Сначала одну, потом другую, и так далее. Пираты настолько ловко разделывались с отрядами гаищников, что отдяду Жоры даже не приходилось принять серьбезного боя.
Наконец, они дошли до ворот.
- Сдавайтесь! - говорил Крок в рупор - этот остров отныне под властью Великого Грипня!
Однако, им ответили огнем со стен. Завязался серьезный бой. Ворота в комплекс разнесло ядро пушки с корабля, прилетевшее оттуда (ядра имели тож е свойство, что и пули, главное былт задать им координаты). Все заполнилось вспышками дымного пороха. Новые и новые тела гаишников падали со стен. Пираты ворвались в комплекс, и начали сразу опрокидывать гаишников. Динозавры заняли оборону в зданиях. Ими командовал Великий Сервантес.
Люди, работавшие на стройках, поддержали пиратов. Они бытсро разбирали оружие погибших ментов, и становились рядом с осаждающими. Вот, из одного окна высунулся от толчка худенький человек с бегающими испуганными глазками. Его несколько раз встряхнули, как тряпку. Пень увидел, что его держит в пухлых руках Сервантес. Сервантес трес Третня, и говорил:
- Лошись! Лошись! Мега-лошись! Лучше я говорю, лошись! Иначе выброшу из окна на растерзание этим пиратам!
- Бббббббб еспричинный мордобой! - заверещал тоненький голосок испуганного человека - мордобойцы и алкаши грубияны наступают! О Великий внеземной разум, дай мне трусости и подлости покарать нечистых!
- Так-то
Сервантес вынул Третня из окна, положил себе под мышку, и куда-то ушел. Было похоже на то, что Третень служил ему оружием. Пень в воюющей толпе искал кого-нибудь, чтобы обратить внимание на Сервантеса, но так и не успел: все были заняты другими целями. А сам он оружие потрял. Когда Пень подобрал автомат, Сервантес уже ушел.
- Блядь - выругался он
Покушение на Сервантеса не удалось. А зачем он вообще высовывался из окна?
Пиратов это мало волновало. Противник явно отступал, бросая все, что можно бросить. Пули везде находили гаишников и разили их. Менты спешно эвакуировались через портал, а крокофаны - пираты быстро заняли весь комплекс, и подняли на нем флаг крокофанства - черный флаг с белым изображением крокодила. Ни один гаишник не был взят в плен. Но убитых было несколько десятков. Сервантес опять ушел.
Пень, забыв про Третня, наконец-то воссоедлинился со своей женой и детьми. Они были живы и здоровы, только у всех появились тени под глазами от работы. И они очень осунулись и похудели.
- Как ты без меня? - спросил он жену
Они обнялись.
Крокофанство торжествовало. Пираты подкатывали бочки с ромом и вином, начинали пить и орать. Крок переговаривался о чем-то с освобожденными людьми. Скорее всего, они просили как-то содействовать их трудоустройству на любой земле.
Но вдруг, страшный рев прекратил весь праздник...
Огромные деревья затрещали и расступились. Гигантский папонт вырвался из леса, и прямо через разбомбленные ворота врвался на центр площади!
Люди были неготовы...
Его столбообразные ноги сразу сокрушили с десяток людей, давя их как ягоды. Кроквь брызгала по стенам домов и на снег... Воцарилась паника. Люди бежали прочь, давили друг друга. Пираты не сразу опомнились. Те из них, что были в зданиях начали стрелять первыми. Но пули не причиняли вреда слону, а только злили его. Он страшно заревел, и от его рева люди попадали с ног. Слон наставил хобот на одно из зданий, выплюнул кристал, и несколько этажей снесло нафиг. Они обвалились, похоронив под собой множество людей. Пень, ведомый толпой, отступал за пределы комплекса. И тут, зазвонил коммуникатор на его руке, загоревшись красным цветом:
- Эй, Пень, еб твою мать, блядь - говорил Крок - ты ближе всех к этому гребаному слону! Срывай свой коммуникатор и бросай ему в пасть!
- Нахуя??? - не понимал Пень
- Нет, ну ты в натуре, пень...
Крок начал переговариваться с Жорой, но тот, видимо, был далеко отсюда. Пень, поняв, что крокофанство в опасности, снял коммуникатор, прорвался сквозь толпу к бушующему слону, и бросил ему прибор. Папонт мгновенно словил коммуникатор, и проглотил его. Пень видел, как Крок показал ему лайк.
Он отступил за пределы комплекса, и слышал, как Крок всем приказывает прятаться в здания. Вслед за этим, со стороны океана в папонта полетели ядра пушек. Они шумно взрывались, и Пень думал, что зверь уже повержен. Но нет, ядра продолжали запускать, а папонт ревел, и явно не был убит еще.
Пень заглянул через разбитые ворота, и увидел, что прилетающие к нему ядра папонт встречает выстрелами своих кристалов, и они взрываются в воздухе. Крок матерился, и приказывал Пню отойти за стену.
Пень последовал приказу. Но вдруг, ядра стали попадать за пределы стены. Несколько деревьев были мощно сбиты и раскромсаны в щепки. Пень не знал уже, куда прятаться. Он понимал, что папонт видимо выплюнул коммуникатор, а ядра наведены по его сигналу. В отчаянье, он снова забежал на площадь.
- Пень, нет! - закричал Жора, наблюдавший все из окна
Папонт побежал прямо к Пню. Александр вспомнил совет Жоры. Подпустил папонта свосем близко, и прыгнул в сторону. Пока слон сображал, где его добыча, Пень побежал к зданию, где можно было укрыться. Но тут, стену мягким грациозным прыжком преодолел Алекс! Смилодон возник прямо перед Пнем. Он перепрыгнул через человека, и нацелился на папонта!
Пень забежал в здание, и из окна наблюдал битву. Пираты как могли пытались поддержать Смилодона, и стреляли в слона. Но пули отскакивали от него.
Смилодон казался крошечным на фоне своего противника. Но, он смело запрыгнул ему на спину, и вонзал свои гиганиские полуметровые клыки ему в бока. Кот рвал жертву лапами, спрыгивал, и снова забирался на спину. Кровь хлестала фонтанами. Лишь чрез полчаса титанической битвы Алекс, наконец, завалил папонта. Хатовский сфотографировал его с поверженной добычей, и сказал:
- Установим здесь ему памятник!

10

Крокофанство и пиратсво воцарилось на острове Сервантеса. Хатовский юзал наемный труд, чтобы отстроить разрушенные здания, чем приютил множество бывших рабов острова с их семьями. Некоторых взял в пираты. Жора, Слава и Пень тоже перешли в крокофаны. Теперь они жили вместе с другими пиратами, и учились пить, воевать и поклоняться Великому Грипню. Жена и дети Пня также остались на этом острове, так как это было выгодно. Крок хорошо платил своей команде. Впрочем, некоторые не нуждались в деньгах, а вели чисто пиратский образ жизни. Пень тоже бы на это пошел, если бы не необходимость обеспечивать семью (а то ведь многие пираты натрахают женщин, и уплывают в другой порт, дети их не ебут). Все здания отстраивались в пиратском стиле. Остров должен был стать их новой базой, он хорошо для этого подходил.
Постпенно, теплело... Снег понемногу таял. Все больше говорили о катастрофе, которая произойдет, когда он разом растает и затопит все вокруг. Однако, пираты такой народ, что живут сегодняшим днем, и пока вода не добралась до верхних этажей, им все равно. Они все также пили, ели, и распевали песню при грипня, заставляли строителей его почитать. Также, пираты много сидели в тырнете, и там всеми возможными способами оскорбляли акул и возвеличивали крокодилов. Все акулы в раиусе ста километров от острова скоро были перебиты.
Тем временем, в Долине Гигантов...
Сурий одиноко сидит на стульчике в своей пещеры. С высоты скалы, он осматривает местность. На его пальце болтается пистолет, и Сурия не очень волнует, что он может выстрелить. Он застыл в одной позе, и с убитым выражением лица осматривает тающий снег. Природа оживала от зимней спячки. Многие северные животные начинали мигроровать отсюда в порталы, приходили более теплолюбивые. Сурий давно вел большой толстый дневник, в котором фиксировал все изменения в природе. Но сейчас он застыл в одной позе, и не хотел менять ни позу, ни выражение лица до конца своих дней. Лишь изредка, он грусно вздыхал. Сурий глядел на огромный снежный вал, который тоже начал подтаивать... Он выронил пистолет. Оружие упало на камень и выстрелило, напугав ворон и зайцев, которые разлетелись и разбежались. Сам Сурий даже не моргнул. Только одна мысль пробежала в его голове:
"Жаль, что не в висок". И он опять погрузился в себя... Вспоминал всю свою жизнь, и думал... Вот теперь он участвовал в освобождении острова от власти Сервантеса. Вместо него воцарились крокофаны. Но, хорошо ли это? Чем они лучше гаишников? Если цель гаишников - ожиреть до смерти, то цель пиратов, кажется - спиться и скуриться... Скоро они начнут заставлять обращаться к себе: "О, Великий крокфан - пират! Да сгниют легкие твои и никотина, да сожжется печень твоя от рома; да почернеет кровь твоя, состоящая наполовину из никотина, и наполовину из рома!". Значит, и в этом не было смысла... Ни в чем не было смысла...
Крокофаны, конечно, растопят остров, и превратят его в болота. Да, остров и сам растает рано или поздно. Ну и будут здесь крокодилы вместо мамонтов. Ну и что? Ну будут им поклоняться... Фигня какая-то... Это я хочу увидеть? Не хочу. Не хочу ничего видеть. Но и застрелиться не могу... Сменили одних буржуев на других. Евромайдан, блядь.
Так Сурий сидел, и думал.
Тем временем, какая-то ворона пролетала мимо. Зачем-то она села на огромный снеговой вал. Под действием ее ног, уже подтаявший слой снега осел, и обнажил ряды плотной круглой чешуи черного цвета...

0


Вы здесь » Сверххищники » Ваши творчества » Остров Сервантеса 3 (перезаугрзка)


Создать форум © iboard.ws